garden_vlad (garden_vlad) wrote,
garden_vlad
garden_vlad

Дневник обозревателя

«Предупреждаю, что эта книга про солдат и про войну, про людское горе — без любви и без наслаждений!» А. Шумилин

Один блогер, неравнодушный к военным мемуарам спросил: «Почему вы считаете "Ваньку ротный" исключительно правдивым и документальным описанием?»

Мой ответ:

Во-первых, потому, что эти воспоминания, несмотря на свой литературно непрофессиональный и до конца неотредактированный характер производят очень сильное «документальное» впечатление. И дело здесь не только в буквалистской документальности (которая, кстати, тоже очень высока, несмотря на неизбежные ошибки), но в том сильном субъективном впечатлении, которое производят описания Шумилина на читателя. Когда читаешь описание пустынного Ржева, который проходят отступающие солдаты под началом юного командира, то невольно сам ощущаешь своё присутствие в этом ночном приключении. (В каком-то смысле они просто кинематографичные, так и напрашиваются на какой-нибудь киносценарий). Ощущение неподдельности и сопричастности описываемых событий не оставляет читателя на всём многотрудном пути «Ваньки-ротного». И это впечатление не обманывает, всё описываемое им, иногда не очень складно, невозможно придумать, хотя, разумеется, сама фактологическая канва описываемых событий может содержать какие-то ошибки или натяжки. Но это всё мелочи.

Во-вторых, сам образ Александра Шумилина, каким он предстаёт в своих мемуарах мне как коренному москвичу из самой низовой рабочей среды очень близок и понятен. По своему почтенному возрасту я ещё помню старую послевоенную Москву, весьма криминальную и непокорную, помню немного и сталинское время, а также и тех настоящих рядовых ветеранов, вернувшихся с ВОВ. Помню множество страшных калек и увечных у Даниловского рынка, просящих милостыню. Помню рассказы этих ветеранов, которые один к одному совпадают с ныне известными публикациями (Н.Никулин, В.Астафьев, А. Шумилин). Разумеется, что тогда, да и во весь советский период, было абсолютно невозможно даже заикнуться об этой «чёрной правде» о ВОВ, т.е. о тех людоедско-истребительных методах какими велась она сталинско-большевистским руководством.
О чём, например, свидетельствует известный сталинский принцип – «ни шагу назад». Только об одном, - тотальным недоверием к своему порабощённому населению и армии, которым доверять нельзя ни в чём. Раз назначили находиться в какой-нибудь хорошо пристрелянной немцами траншее, то в ней и сиди, пока не убьют. А затем сталинский аппарат НКВД пригонит новую порцию русского пушечно-пулемётного мяса и закинет снова в эту же траншею, из которой нельзя было под угрозой расстрела перейти в более удобное в военном смысле место. Потому что рабам ничего доверять нельзя. Только попусти им немного самостоятельности – да они сразу же и разбегутся.
Эту истребительную методику А. Шумилин очень хорошо описал в «бою» под д. Марьино. Полковое начальство несколько сотен солдат с винтовками уложила на открытом пространстве в снегу под расположенной на высоте деревней, а само скоро сбежало, не дав никаких указаний. На виду залегших в открытом поле солдат, немцы, не торопясь, привезли на тягачах батарею скорострельных зенитных орудий и хладнокровно расстреляли почти весь личный состав. Спаслись единицы, в том числе и сам Шумилин, который безрезультатно пытался дозвониться до штаба:

«Там, на другом конце провода кто-то упорно молчал. Никто не хотел брать на себя ответственность и дать приказ ротам отойти.
Немцы не торопились. Они всё делали по науке. Приводили к бою зенитные батареи. Они хотели сразу и наверняка ударить по лежащей в снегу нашей пехоте. Тем более, что мы лежали и не шевелились.
Сигнала на атаку не было. Приказа на отход не последовало. Немцы, видно, удивились на наше упорство и бестолковость. Лежат, как идиоты, и ждут, пока их расстреляют в упор! Наконец, у них лопнуло терпение.
Зенитка, — это не полевое орудие, которое после каждого выстрела нужно снова заряжать. Зенитка автоматически выбрасывает целую кассету снарядов. Она может стрелять одиночными, парными и короткими очередями. Из ствола зенитки от одного нажатия педали вылетают сразу один раскаленный трассирующий, а другой — фугасный снаряд. По каждому живому солдату, попавшему в оптический прицел, немцы стали пускать их сразу по два, для верности. Один трассирующий, раскаленный, а другой невидимый, фугасный. Они сначала стали бить по бегущим. Бегущий делал два-три шага, и его разрывало зарядом на куски.»

Эту истребительную систему хорошо описал своими словами покойный актёр Анатолий Папанов незадолго до своей смерти в августе 1987г. (к сожалению, рассказ его был записан только на магнитофоне), чудом спасшийся из-за ранения в боях, аналогичных многократно описанных Шумилиным. Также как и у него, А.Д. Папанин отмечает полное отсутствие офицерского состава в окопах на передовой (даже своего «ваньки-ротного» не было). Они где там, в тылу в блиндажах с блядями, а в окопной траншее командует какой-то старший солдат. А через пару недель, после бессмысленного истребления личного состава, чекисты гонят новую порцию «иванов» на заклание, - и так конвейером. Таков был типовой алгоритм сталинско-жуковских методов ведения войны, а других они не знали, и знать не хотели.

В третьих, однако правдивость воспоминаний Шумилина состоит не только в этом. Сама его, может быть, бессознательная и эмоциональная (как у простого человека) ненависть к тыловикам, политрукам и евреям очень показательна и очень символична. Это так сказать эмоциональная «оговорка по Фрейду» изобличает глубинную и не всегда осознаваемую ненависть к сталинско-большевистской тирании со стороны самого широкого русского большинства, но только более интеллектуально развитые люди, например, типа Н. Никулина или Веры Пирожковой осознают её в более рационально-политической или идеологической форме.

В настоящее время в некоторых россиянских кругах наблюдается совковая сталинская ностальгия, насквозь фальшивая и нелепая по полному незнакомству с этим страшным временем. Воспоминания Шумилина с моей стороны ценны именно тем, что бьют по этой фальшивой ностальгии своей «чёрной правдой». Причём бьют именно с позиции простого русского фронтовика, а не какого-то далёкого от народа интеллигента.

Тем не менее, я не считаю, что воспоминания Шумилина являются какой-то истиной в последней инстанции. Они ценны тем (в ряду других аналогичных документов), что развенчивают некоторые русофобские мифы о ВОВ и восполняют важных пробел объективной исторической правды, которая до последнего времени тщательно утаивалась от народа. Ведь Шумилин готовил свои воспоминания для публикации, но (насколько известно) они не были приняты военным издательством, хотя это было уже почти в самом конце советского периода, где-то в 1983г. К сожалению, до сего времени так и не удаётся найти издателя этих замечательных воспоминаний, хотя, казалось бы, ныне ничто этому не препятствует.
Но с другой стороны, это меня не удивляет, так как хорошо понимаю, чья ревность мешает публикации этих военных мемуаров.

Subscribe

  • Дневник обозревателя

    Подведём теперь итоги. Мнения различные медиа-ресурсов по узбекскому проекту. Подборка ТК Тайная канцелярия -…

  • Дневник обозревателя

    А вот и относительно хорошая новость (на фоне других, не столь хороших). https://t.me/rightcourse/49076 [Переслано из Афанасьев] Помните историю…

  • Дневник обозревателя

    Самое главное во вчерашней передаче Ивана Миронова на радио КП слушать на 36 минуте. Как бы не относиться к этому деятелю, но поднятие этой страшной…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments