January 14th, 2019

идущий слон

Последнее преступление Сталина

В начале 2019-ого года будет очень полезным вспомнить ещё и ещё раз о так называемом "Ленинградском деле", по кровавым итогам которого было тотально покончено с настоящей "русской партией" в рядах коммунистической номенклатуры. После этой сталинской расправы в рядах российской номенклатуры больше не осталось никаких более или менее влиятельных русофильских сил наподобие условного "Назарбаева" или "Лукашенко". Осталась одна безликая и полностью беспринципная бюрократия, воспитанная русофобом Сталиным, которая в лихие 90-ые годы расчленила и разворовала страну.
Решительно нельзя согласиться с теми, утверждающими, что послевоенный Сталин де "выжил к этому времени из ума", а потому и поддался на уговоры Берии и Маленкова относительно расправы над ждановской группировкой, в которой, кстати говоря, пострадало несколько десятков тысяч русских номенклатурных кадров.
Нет, последнее преступление Сталина было вполне адекватным и сознательным деянием для этого ленинского русофоба, проницательно усматривавшего в русском национализма своего самого главного врага для своей русофобской анти-Империи.

Возвращение Невского проспекта. Взлет и гибель идеи «русской России» при Сталине
13 января 2019, Егор Холмогоров - https://360tv.ru/news/tekst/vozvraschenie-nevskogo-prospekta-vzlet-i-gibel-idei-russkoj-rossii-pri-staline/

75 лет назад, 13 января 1944 года в Ленинграде, готовившемся стряхнуть с себя ледяные оковы многомесячной блокады, советская власть приняла совершенно удивительное и ни разу не повторявшееся за семь десятилетий ее истории решение.

В одночасье в городе на Неве исчезли улицы, проспекты и площади: 25 Октября, Советские и Ленина, Красных Командиров и Жертв Революции, 9 Января и Пролетарской Победы, Урицкого, Володарского и Нахимсона, Карла Либкнехта и Розы Люксембург. На их место вернулись Невский проспект, Дворцовая площадь, Адмиралтейская набережная, Суворовский проспект, Исаакиевская и Казанская площади, Введенская улица, Большой, Средний и Малый проспекты Васильевского острова. 15 января о немыслимом сообщила «Ленинградская правда», только новость о переименовании проспекта Ленина в Пискаревский поместить в газете все же не решились
В городе, ценой неимоверных жертв блокады отстоявшем себя у гитлеровских захватчиков, свершилась топонимическая контрреволюция, равной которой не было вплоть до возвращения ему исторического имени Санкт-Петербург. Ленинградцы воспринимали это как своеобразную награду за перенесенные страдания — наконец-то можно было открыто пройти по Невскому проспекту — через Аничков мост, мимо памятника Екатерине II и выйти на Дворцовую площадь с Александровской колонной. Ответ на вопрос «За что воевали» был дан практически без затрат материальных средств, зато предельно наглядно: воевали за то, чтобы жить в России.

«Конструктор технического отдела т. Рогов при подаче заявления о добровольном поступлении в армию заявил, что он идет воевать за Россию, но за четыре буквы [СССР] воевать не будет», — сообщали НКВД-шные сексоты с завода имени Энгельса в июле 1941-го. И вот с самого верха инженеру Рогову передали своего рода привет — ваше мнение услышано.

Источник фото: pastvu.com

Идея возвращения имен появилась осенью 1943 года, на волне восстановления в СССР русской державной и патриотической стилистики — в новом гимне пелось о Великой Руси, сплотившей республики, на плечах офицеров засверкали погоны, в сентябре 1943 года Сталин встретился с церковными иерархами и дал добро на восстановление патриаршества. Тогда-то и появился умопомрачительно смелый проект главного архитектора Ленинграда Николая Варфоломеевича Баранова — вернуть старые названия центральным улицам.
«История 240-летнего развития Ленинграда и его прекрасный архитектурный облик, ярко отражают многочисленные волнующие страницы истории России. Это нашло свое яркое отражение и в наименовании улиц, проспектов, площадей и набережных, так как эти наименования весьма характерны для Ленинграда и присущи только нашему городу. Население не только Ленинграда, но и всей страны, усвоило эти наименования, связало с ними определенное представление об отдельных частях города. Между тем, многие новые наименования улиц, проспектов, площадей и набережных оказались неудачными, неубедительно связанными с красочной историей города, трудными в произношении и тем самым не нашедшими себе признание населения города. Непопулярность новых наименований затрудняет ориентацию пешеходов и внутригородского транспорта» — писал Баранов в своем докладе.
Он был поддержан главой ленинградских коммунистов и партийным идеологом Андреем Ждановым (который, по всей видимости, и стоял за этим проектом). «Советская улица, улица К. Маркса есть в каждом городе; в любом районном центре вы найдете не одну, а две-три, обязательно будет Советский, затем Ленина, проспект Сталина и прочие. Значит, в этом отношении специфика Ленинграда стерта» — обосновывал решение Жданов, точно предвидя будущую коллизию «Иронии судьбы».

Инициаторы «возвращения имен». П. С. Попков, А. А. Жданов, А. А. Кузнецов, Я. Ф. Капустин на демонстрации.

В городской партийной верхушке состоялось голосование. При согласии в целом, некоторые партийные лидеры хотели оставить советские названия некоторых улиц. Второй секретарь горкома Кузнецов засомневался, стоит ли убирать улицы Ленина и Советскую. Жданов его переубедил: «Советский проспект — неудачное название, как будто бы остальные проспекты антисоветские или несоветские». А с Лениным решил вопрос так: «Очень плохая улица, для проспекта Ленина не годится, одна из худших улиц названа проспектом Ленина. Надо снять название проспекта Ленина, придумать другое название». Правда возвращать проспекту Ленина имя «Петровский» тоже не решились, вместо Ленина — Петра Великого, этак и об имени города речь может зайти. В итоге проспект назвали Пискаревским.
Второй секретарь Капустин засомневался из-за Дворцовой площади и Дворцовой набережной, наверное вспомнил «Мир хижинам — война дворцам». Тут его переубеждал уже Кузнецов: «Надо к прежнему названию вернуться. Ведь дворец остался, не выкинешь». Зато «церковные» названия ни у кого не вызвали возражений. В итоге общей жертвой желания что-нибудь выкинуть пал Конногвардейский бульвар и несколько улиц переименованных недавно, по инициативе самого же Кузнецова.

Лист голосования партийного руководства по возвращению имен улицам Ленинграда
В таком виде проект был отправлен Сталину и, после высочайшего одобрения, окончательно утвержден «советской властью». Петербуржцам, по сути, вернули их город, впрочем, и сами горожане своим пассивным сопротивлением внесли свой вклад в возвращение. «Отмененные названия вообще никто никогда не признавал (кроме разве что трамвайных и автобусных кондукторш)», — свидетельствовал писатель Леонид Пантелеев.
Восстановление имен улиц было только одним, пожалуй самым выразительным и нарочитым жестом того политического курса на возвращение в советское общество национального, русского начала, который был связан с деятельностью секретаря ЦК по идеологии (в 1934-48 годах) и вождя ленинградских коммунистов Андрея Жданова и его многочисленных выдвиженцев в партийной, советской и управленческой элите (этому феномену посвящено немало работ, в частности биография в серии «ЖЗЛ» авторста А. Н. Волынца, книга Святослава Рыбаса «Московские против питерских» и интереснейшая работа В. Д. Кузнечевского «Ленинградское дело», вышедшая в 2017 году).
Уроженец Мариуполя, внук священника и сын дворянина-инспектора народных училищ Жданов сочетал искреннюю приверженность социалистической революции со столь же искренним патриотизмом и даже русским национализмом («Ведущая роль русского народа в борьбе за социализм не может не наполнять каждого русского чувством гордости», — писал он в одном из проектов 1944 года), неприятием антирусских и антинародных идеологий — будь то западнический космополитизм, декаденство или революционный нигилизм.

Collapse )