March 30th, 2018

идущий слон

Читая Гойченко Д.Д.

Всем, кому интересна тема изучения эпохи террора, обязательно следует почитать мемуары и документы о коллективизации человека удивительнейшей судьбы Дмитрия Даниловича Гойченко (1903-1993гг).

Чего только не пережил этот человек. В юности был убеждённым антикоммунистом, затем заразился безбожием, лично видел поразительные чудеса (обновление иконы и исцеление родного брата), но не вразумился и стал даже активным коммунистом и участником сталинских реквизиций хлеба на Украине, приведших к страшному голоду.
В конце концов, как это было и положено в те годы (30-е) оказался в тюрьме, в которой был подвергнут страшному конвейеру пыток.
По бериевской "оттепели" чудом вышел на волю и смог не нелегальном положении дождаться немцев. Но и у немцев с семьёй оказывается в лагере. В конце концов ему удаётся эмигрировать, но судьба этого русского украинца немыслима фантастично, хотя написана, как кажется, не очень вразумительным языком.
Если читать, то лучше ознакомиться с предисловием - http://www.a-port.us/gene/mscripts/svidetel.html

Однако одной из самых поразительных моментов жизни Гойченко является немыслимый подвиг стойкости, позволивший ему (но конечно не без промысла Божия) выдержать пыточный конвейер НКВД, который вряд ли кто-нибудь ещё выдерживал:

"23 ноября 1937 года последовал арест, обвинение по политической 58 статье, а затем долгий пыточный конвейер, ставивший целью добиться от Дмитрия самооговора, признания в принадлежности к контрреволюционной организации и названии своих мнимых соучастников. В мемуарах Гойченко остались подробные описания пыток, которым подвергали узников в коммунистической тюрьме. Первая серия допросов с пристрастием продолжалась с 5 по 18 января 1938 года. Особенно же детально выписаны непрерывные пытки протяженностью по пять дней, проходившие в четыре этапа с 7 по 27 июля. Каждый виток очередных мучений длился приблизительно пять суток (117—120 часов). В этом земном аду Дмитрий Данилович выстоял, не принял лжи и никого не предал. Через десять лет он смог не только запечатлеть пережитое, но и глубоко проанализировать происшедшее с ним, описать тот источник сил, который помогает личности устоять перед насилием. «Мне дала силу любовь», — подытожил он позже. Между допросами, вспоминая древних христианских мучеников, он спрашивал себя: «Почему я не могу терпеть, как они? Им давала силу любовь… Если же моя любовь оказалась бы слабее мук, то это не любовь, а лицемерие и самообман».

Поразительные совпадения с судьбой Гойченко находим в биографии комбрига Александра Горбатова (1891—1973). Арестованный на исходе Большого террора, он также перенес пыточный конвейер (как минимум два круга допросов по 120 часов каждый)[39]. Не признав возводимой на него вины, он в трех тюрьмах и в колымских концлагерях, куда был помещен, оказался белой вороной: все сокамерники оклеветали себя и других. Выходец из бедной и религиозной крестьянской семьи, он также, благодаря природным способностям, в советское время делал успешную карьеру, а попав под репрессии, держался на вере в добро, воспитанной в детстве, на любви к верной и самоотверженной жене. Результатом подобной стойкости духа стало неожиданное оправдание и освобождение в марте 1941 года."

Свидетельства Гойченко подтверждаются и другими воспоминаниями, именно в украинских тюрьмах (Киев, Днепропетровск) следователи НКВД чаще всего даже и не предъявляли арестованному каких-либо обвинений, но сам обвиняемый под воздействием пыток должен был сочинять на себе обвинительную легенду, а также указывать всех близких ему людей как участников мнимого "заговора". Между прочим, Иванов-Разумник прошедший все круги ада в 37-8гг в московских тюрьмах, свидетельствовал, что всё же тамошние органы что то (какую то заготовку) вменяли арестованному, например шпионаж или ещё что то иное. Но в Киеве и на Украине просто били и пытали молча - дабы арестованный догадался сам, что нужно было насочинять самим на себя.
Пожалуй, подобного ЯВЛЕНИЯ не было никогда в мировой истории. Может быть, были и более жестокие репрессии, но чтобы заниматься самооговорами и самобичеваниями в массовом масштабе, такого в мире нигде и никогда не было.
Сталинщина явила миру совершенно уникальный опыт.
Вот один отрывок из непрерывного 120 часового пыточного конвейера, которых Гойченко выдержал целых четыре.
"Блудный сын" - http://www.a-port.us/gene/manuscripts.html

Collapse )