February 16th, 2016

корабль

О бедном романтике замолвите слова

poselenir600

Некоторые отечественные мыслители (даже Иван Киреевский) сетовали на то, что в нашей истории не было рыцарства, а потому у нас было мало настоящих упёртых романтиков до конца преданных какой-нибудь своей романтической идее (но в отличие от Дон-Кихота чисто "по нашему", то бишь "за идею до конца").
Однако это не так, просто наш исконно русский романтизьм был немножечко своеобразен и не всегда соответствовал прогнившим западным критериям. В этой связи показательна судьба двух великих романтиков (почти рыцарей в своём роде) из среды служивого сословия, превратно оценённых и даже оболганных. Это великий романтик своего времени граф Алексей Андреевич Аракчеев и рыцарь-император Павел.
Разумеется, об этих исторических фигурах трудно говорить без некоторого трагикомического элемента. Но это вполне нормально, ведь и образ западного лыцаря-идеалиста Дон-Кихота почти весь состоит из одного сплошного трагикомизма.
Однако о рыцаре Мальтийского ордена всё же лучше умолчать, ибо судьба императора Павла больше трагична, чем комична, и требует несколько иного подхода.


Некоторые выдержки из статьи: "Аракчеев умер. Об этом во всей России жалею я один..." Вадим Эрлихман (кандидат исторических наук) - http://www.rg.ru/2016/02/15/rodina-tsaredvorets.html

Почти легендарное и какое почти "житийное" начало биографии этого замечательного человека:

Он родился в сентябре 1769 года в глухом углу Тверской губернии, в семье отставного гвардейского поручика. Человек мягкий и мечтательный, он целиком переложил хозяйство и воспитание четверых детей на плечи своей деятельной супруги. Именно она привила старшему сыну Алексею трудолюбие, бережливость и любовь к порядку. Родители хотели сделать из него канцеляриста и отдали в обучение к местному дьячку. Но однажды Алеша увидел сыновей соседа-помещика, приехавших на каникулы из кадетского корпуса. Их красные мундиры и обсыпанные пудрой парички так поразили мальчика, что он бросился на колени перед отцом: "Папенька, отдайте меня в кадеты, или я умру с горя!"

Судьбу будущего графа счастливо (для него) решил тоже граф:

"В конце концов родители продали трех коров и на вырученные деньги повезли 12-летнего Алексея в Петербургский артиллерийский кадетский корпус. Начались долгие месяцы ожидания - чиновники отсылали отца и сына по инстанциям, намекая, что вопрос можно решить за скромную мзду. Но денег не было - взятое из дому было давно потрачено, и Аракчеевым пришлось даже просить милостыню. Однако судьба сжалилась над ними. Во время очередного визита в корпус Алексей увидел его директора графа Мелиссино и, упав ему в ноги, заголосил: "Ваше превосходительство, примите меня в кадеты!" Граф пожалел тощего оборванного юнца и велел зачислить его в корпус".

- И дальше всё пошло в гору. Юный Аракчеев оказался очень способным к математическим наукам и проявил необыкновенное усердие в учении:

"В то время это было лучшее в России училище для подготовки артиллеристов. Правда, воспитанников кормили скудно и секли за каждую провинность, но это не смущало юного Аракчеева - он был полон решимости сделать карьеру. "Особенно отличается успехами в военно-математических науках, а к наукам словесным не имеет особенной склонности" - строчки из его аттестата за первый год обучения. Математику Алексей любил и до конца жизни легко перемножал в уме сложные числа. В пятнадцать лет он стал сержантом, получив право наказывать нерадивых товарищей. По собственному хвастливому признанию, он так усердно орудовал палкой и кулаками, что "самых неуклюжих и неповоротливых обращал в ловких, а лентяи и малоспособные вытверживали уроки".

В 18 лет он в чине поручика окончил корпус, но остался при нем заведующим библиотекой, откуда беспощадно изгнал всю художественную литературу, способствующую "смущению ума".

- Ну, настоящий романтик, чем то отдалённо напоминает образ пол. Скалозуба у Грибоедова, но в отличие от него истинно идеалистичен и безупречен.

- Затем, выдающиеся достоинства были замечены наследником престола Павлом Петровичем и карьера Алексея Аракчеева быстро пошла в гору, ибо в некоторых своих симпатиях они были почти солидарны:

"Все русские императоры любили армию, но Павел обожал ее беспредельно, стремясь преобразовать всю Россию по образцу своего "потешного" полка. Аракчеев стал ему первым помощником. Сразу после восшествия на трон император сделал его генералом, комендантом столицы и главным инспектором артиллерии. Вызвав к себе сына Александра, соединил его руку с рукой Аракчеева и повелел: "Будьте друзьями и помогайте друг другу!""

- Однако усердие Аракчеева было столь безмерно, что даже романтику Павлу оно показалось чрезмерным:

Collapse )