January 18th, 2014

корабль

Об одной безымянной картине и «смысле жизни».

Об одной безымянной картине и «смысле жизни».




01мост в никуда

Нечто личное и стародавнее.


Когда то, давным давно, в одной довольно продвинутой кампании мне случилось рассматривать один очень интересный альбом великих мастеров средневековой живописи эпохи среднего или позднего ренессанса. Никаким знатоком живописи я никогда не являлся (особенно в то далёкое время – 60-ые годы прошлого столетия), но одна картина какого-то средневекового североевропейского художника, как говорят, надолго запала в душу. И почему-то вспомнилась именно сейчас. Правда, автора картины я не запомнил или просто не обратил на авторство никакого внимания.
На картине в тёмных и мрачных тонах был изображён МОСТ через некий символический глубокий овраг между одним берегом и другим. Если сказать проще, человеческая жизнь изображалась неким многотрудным и страшно рискованным переходом из одного состояния в другое. На одной стороне глубокого и мрачного оврага изображалось рождение младенца. Множество смертельных опасностей сопровождали рождение нового человека в символическом виде различных крылатых лучников или иных инфернальных существ (что было понятно – в средние века младенческая смертность была очень большой), по мере своего взросления новый человек вступает на МОСТ жизни, различные опасности по прежнему сопровождают его – из засады стреляющие из лука или арбалета затаившиеся злодеи или иные смертные угрозы. Однако по мере взросления молодого человека этих опасностей становится меньше, да и сам человек изображается уже крепким мужчиной-воином в доспехах, вполне способным постоять за себя. Но с середины моста, т.е. с середины своего жизненного пути (примерно с 35-40 лет) количество различных неожиданных опасностей снова увеличивается, то кто-то стреляет из-под моста из арбалета или некий ландскнехт целится из глубины оврага из мушкета. Да и сам путник постепенно теряет свой бравый вид и в конце моста уже выглядит дряхлым стариком, согбённым и еле-еле волочащим ноги. Но ведь повезло же бедолаге! Так успешно удалось пройти более чем трудный и чреватый тысячами опасностями символический путь типичного человека средневековья.
Вот уже почти самый конец моста – и что же ждёт впереди этого «счастливчика»? - Прямо перед ним, на другой стороне оврага, во весь свой полный рост и без всяких излишних украшений, т.е. в своём извечно классическом образе, стоит с занесённой для последнего взмаха косой сама Смерть собственной персоной, скалясь гостеприимной улыбкой на долгожданного гостя. Наконец-то, дождалась голубчика!
Вспоминая эту картину позднего Возрождения, попытался самостоятельно найти её автора в интернете, но, увы, все поиски окончились безрезультатно. Скачал всего Дюрера, Брейгеля и других художников, но ничего найти не удалось. Может быть, кто-нибудь из блогеров, знатоков средневекового искусства, что-нибудь подскажет?
Однако в чём же состоит подлинный смысл этой картины-притчи позднего Возрождения и конца Средневековья? Какой «смысл жизни» открывает мудрость уже почти «нового человека», начавшего освобождаться от прошлой христианской религиозности, с её этикой аскетического служения, с её целостным взглядом на мир, органически примиряющим страдания и трагедии ЭТОГО мира с ИНЫМ. Ведь христианство – это оптимистическая трагедия, его религиозной задачей является примирения земли и Неба, но даже следов такого мировоззрения невозможно найти на этой странной картине, она преисполнена самого безбожного и беспросветного пессимизма (недаром написана вся в тёмно-мрачных тонах). Разумеется, не трудно обнаружить, что в этой картине-притче, нарисованной ещё языком сакрального символизма, на самом деле изображён мрачный абсурд и бессмысленность человеческого бытия. Почти как у Данте: «Оставь надежду всяк (всякий рождающийся в этот мир) сюда вступивший».
Вообще говоря, сакральная символика МОСТА ЖИЗНИ очень многогранна и присутствует почти во всех великих цивилизациях, однако пожалуй только в греческой языческой мифологии она обладает почти таким же как на этой картине мрачным и безысходным смыслом. (Подземный мир, мрачная река Стикс, перевозчик Харон, страшный Цербер, тени умёрших в Аиде и т.д.) Не поэтому ли к этой мифологии так любил обращаться Ницше?
Collapse )