garden_vlad (garden_vlad) wrote,
garden_vlad
garden_vlad

Categories:

Дневник обозревателя

Эгалитаризм или Соборность, Самодержавие или Хамодержавие, пошлое упрощение или "цветущая сложность" (Константин Леонтьев), глобализм или самобытное развитие, безликость "массового общества" или иерархия высших ценностей, демократия-плутократия или "единство во множестве" (всех национальных элит) - такие и подобные им альтернативы сейчас актуальны как никогда.

Замечательный текст у блогера -
Проницательные люди о русском парламентаризме - https://alex-vergin.livejournal.com/402750.html?mode=reply#add_comment

Мнение знаменитого социолога Максима Ковалевского - в записях из дневника Рашели Хин-Гольдовской. Сначала - 1905 год:

«20 мая (7 мая). ...С Ковалевским провели целый день и вечер, как всегда, приятно, уютно, интересно и весело. Он приехал из своего «Монрепо» специально для лекции О[нисима] Б[орисовича] в Русской школе. Лекция прошла с большим успехом. «Тонкий кондитер О[нисим] Б[орисович], — с довольной улыбкой говорил Максим Максимыч, — сейчас видно, что цивилист»...
А вообще Макс[им] Макс[имович] как-то грустнее, задумчивее, чем прежде. Он и острит, и смеется, но чувствуется, что это «не то», что ему совсем не весело. ... Он смущен и озадачен тем, что творится в России. Был он у нас с Гамбаровым Юр[ием] Степ[ановичем]. Пришли утром, напились внизу кофе и потом, запершись в нашем appartement [квартире (фр.)], попросили О[нисима] Б[орисовича] сделать им подробный доклад.
Чем дальше О[нисим] Б[орисович] говорил, тем больше Ковалевский хмурился. «Всеобщее избирательное право, — восклицал он, — это в безграмотной, дикой, разноплеменной стране... Неужели у вас не понимают, что из этого может произойти такая поножовщина и пугачевщина, что мы взвоем по самодержавию?»

Когда О[нисим] Б[орисович] возражал: «Вы не узнаете теперь Россию, М[аксим] М[аксимович]. Это другая страна, другой народ...», Ковалевский уставился на него в упор своими насмешливыми, умными глазами и, пожимая плечами, сказал: «Вам и книги в руки... Очень может быть, что мы тут отстали и поглупели... Только простите, О[нисим] Б[орисович], народы и страны так быстро не меняются. Вчера еще он пригрошнями в голове «живой продукт» ловил, а сегодня — пожалуйте «владеть нами». Ведь это только в сказках Иванушка-дурачок голыми руками Жар-птицу хватает...»

Прошло ровно 12 лет, наступил 1917-й.

«20 мая (7 мая). Воскресенье. …Погода гнусная. «Коалиционное» министерство [нрзб.] внесло некоторую надежду на успокоение и газеты опять записали в мажорном тоне. Надолго ли?.. Временное Правительство далее «действует». Каждую минуту какой-ниб[удь] бездарный доцент назначается сенатором или восьмым товарищем министра. Евг[ений] Трубецкой сострил, что скоро на пост главнокомандующего всеми армиями будет назначена «бабушка русской революции» Брешко-Брешковская. А Борис О. очень рекомендует на пост министра финансов только что выпущенного на волю «Сашку-семинариста».

Наше «хамодержавие» становится все неудержимее.»

Прошло еще несколько месяцев, происходят выборы в Учредительное собрание.

«2 декабря (19 ноября). Воскресенье. …Сегодня, значит, голосовали… Хвосты угрюмых людей, испуганно озирающих друг друга злыми, подозрительными глазами. Пройдут, вероятно, большевики, а за ними, пожалуй, «кадеты» (по крайне мере, в нашей «буржуазной» Пречистенской части). «Списков» видимо-невидимо. Левые, полулевые, крайние, черезкрайние, сверхкрайние — все сочетания алфавита, все оттенки красного цвета. «Агитаторы» — все почти мальчишки — мечутся по улице, суют списки, но как-то с «опаской» — никакой «бойкости», ни острот, ни смеха не слышно. Большевики — молодые люди лет 18-20 — угрюмы, зато — неизвестно когда [нрзб.] народившиеся барышни-большевички действуют с азартом даже около урн. А какие «избирательницы»! Цепь фабричных девчонок — душ восемь, под ручку, гогочут, щелкают подсолнухи, лихо выплевывают шелуху на пол, толкают буржуев и особенно «буржуек», нагло кричат: «тоже избираться выползли»… Когда смотришь на этих «трудящихся», кот[орые] явились «осуществлять» свое право, так очевидно становится, какая нелепость «всеобщее избирательное право» — в такой темной стране, как наша… А как O[нисим] Б[орисович] (и я, грешная!) сердито спорили (в 905-ом году, в Париже) с покойным Максимом Ковалевским, когда он нас убеждал, что это — опасная нелепость! Совестно вспоминать…».

Самое забавное, что среди либералов своего времени Ковалевский считался довольно левым, почти социалистом: Борис Николаевич Чичерин отзывался о нем как о «молодом человеке, читающем под видом государственного права об умыкании жен». Однако если человек в самом деле умен, то он не может быть по-настоящему левым.

Как ехидно заметил ДЕГ, «в 1917 году Россия получила ... фантасмагорический избирательный закон, о демократичности которого США или Франция могли только мечтать. Так, равное избирательное право для женщин существовало тогда лишь в Норвегии и Дании. Англия, родина феминизма, лишь подумывала о соответствующей реформе, поставив для начала эксперимент в некоторых доминионах. А в России ввели одним махом, и миллионы лузгающих семечки краснощеких деревенских девок в одночасье стали "головой выше" английских аристократок».


Tags: демократия-плутократия, последние времена, твёрдые начала, третий путь
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments