garden_vlad (garden_vlad) wrote,
garden_vlad
garden_vlad

Categories:

Антисоветчик "в законе"

Шикарные антисоветские байки от Леонида Ильича - https://wyradhe.livejournal.com/223220.html
Позаимствовал у блогера: https://oboguev.livejournal.com/6295169.html?mode=reply#add_comment

(Это для помощи тем вопрошателям, которые не устают себя мучить вопросами: почему советчина так быстро и бесславно рухнула. А то по своей совковой недалёкости всё валят на бедного Горбачёва.
Правда остатки советчины продолжают отравлять своим трупным ядом...)

Анекдоты от Брежнева (эксклюзив):

Леонид Ильич не то к 1940-му, не то к 1960-му был именно таким алькальдом - прошедшим все описанные выше стадии. Чему врассыпную приведу разные примеры.

В 1970-х брат Брежнева, Яков, спросил его, верит ли он в коммунизм. Как потом рассказывал Яков, Брежнев в ответ только и сказал: "Ты это о чем, Яша? Какой, ..., коммунизм? Царя убили, церкви повзрывали, нужно же было народу за какую-то идею зацепиться..."

Вилли Брандту Брежнев при первой же встрече рассказывал - с одобрением, от своего лица, как выражение своей позиции - антисоветские анекдоты. Первым из них был следующий:
- Приезжает агитатор рассказывать колхозникам про великие достижения Коммунистической партии по части благосостояния народа. - Вот, говорит, товарищи, вы теперь все едите досыта, у всех есть крыша над головой, и одежды хватает, и деньги есть новые ботинки каждый год покупать! - Тут ему бабушка-старушка из угла отвечает (по воспоминанию Брандта, тут Брежнев перешел на фальцет) - " Ох, и правда! Прямо как при царизме!"

(известен и другой вариант пересказа этого анекдота самим Брандтом, согласно этому варианту Леонид Ильич рассказал его Брандту как анекдот о самом себе. "Я помню, - сказал об этом в одном интервью Брандт, - как он [Брежнев] мне однажды рассказал байку о своем визите в колхоз - что он обратился к собранию колхозников в зале, говоря о достижениях, которые будут осуществлены в результате текущей пятилетки - молоко каждому ребенку каждый день, мясо каждому каждое воскресенье, достаточно денег, чтобы каждый мог покупать себе в год по паре сапог, а каждая женщина могпа бы купить ткани по крайней мере на два новые платья в год. Тогда, сказал он мне, одна старушка из задней части зала спросила: "Товарищ генеральный секретарь, можно вопрос?" Он ответил: "Да, пожалуйста". - И она говорит: "Я правильно поняла - вы пытались нас убедить, что скоро все будет почти так же хорошо, как при царе?!" "

Рассказывал Брежнев тогда Брандту и политические анекдоты о себе самом. Судя по другому воспоминанию Брандта, один из этих анекдотов был такой: вот он, Брежнев, предстанет после смерти на том свете перед Николаем Вторым, и тот его спросит:
-Ну что, Леня, как там у нас дела? Армия сильная, в мире нас боятся?
- Да, Коль, мы пол-Европы завоевали и еще дальше продвигаемся.
- Вот и хорошо. А как внутри страны власть, Лёнь, крепко всех держит?
- Крепко, Коль, не хуже чем при царях.
- А водка опять хорошая, как при мне, 38 градусов?
- Нет, Коль, теперь и все 40!
- Слушай, Лень, и стоило из-за двух градусов делать революцию?!"


(Брандт пересказывал этот анекдот в 70-х, не называя источника, но анекдотов он не собирал, подавляющее большинство русских политических анекдотов, какие знал вообще, слышал как раз от Брежнева; по воспоминаниям Брандта, Брежнев ему рассказывал антисоветские анекдоты с участием себя самого; в числе распространенных антисоветских анекдотов приведенный не значится, а сравнение с царем и упоминание его в позитивном ключе нетипичны для антисоветского анекдота, но постоянны именно для Брежнева. Так что, скорее всего, этот анекдот ему Брежнев и рассказал).

Тот же Брандт и его люди вспоминали, что при следующей их встрече Брежнев в Москве сказал Брандту как бы от себя: "Знаете, что бы сказал Маркс, если бы он был жив сегодня? - Пролетарии всех стран, простите меня!"
Эта история разнеслась от Брандта по Германии и Восточной Европе. Венгерский коммунистический чиновник, говоря о ней, сказал, что он был глубоко потрясен: "Это все равно что Папа стал бы издеваться над догматом о непорочном зачатии. Воистину, это был бы конец той Церкви, какую мы знаем!"



Cам Брандт рассказал при первой встрече Брежневу другой антикоммунистический анекдот: "В чем разница между социализмом и капитализмом? Капитализм - это эксплуатация человека человеком, а социализм - наоборот!" Как вспоминал Брандт, Брежневу этот анекдот понравился, что в свете сказанного выше неудивительно. Эгон Бар, сопровождавший Брандта на встречах с Брежневым, вспоминает о том же самом: "Брежнева, как бы странно это для кого-то сегодня ни прозвучало, я с самого начала воспринимал как некую фигуру Ренессанса. Он, как говорят немцы, любил вино, женщин и песни... Но вместе с тем, безусловно, был широко мыслящим человеком и в нашем присутствии не чурался порой рассказывать и политические анекдоты, причем довольно острые, критикующие саму тогдашнюю советскую систему".

О том, что Брежнев любил антисоветские анекдоты, шепотком передавали поэтому в МИДЕ довольно широко, так что об этом даже пишет наш дипломат-перебежчик Арк. Шевченко. Войнович, наслушавшийся на Западе историй об этих встречах Брандта с Брежневым, с неудовольствием вспоминает: "Канцлера Западной Германии Вилли Брандта он в свое время умилил тем, что рассказывал антисоветские анекдоты, героем которых был он сам, и анекдоты, за которые рядовые люди вполне могли схлопотать и срок". Срок за политические анекдоты при Брежневе схлопотать было никак нельзя, ну да кто Войновичу считает. Известен случай похлеще: как Брежнев не допустил ареста человека за антисоветские анекдоты при Сталине! Генерал Бобков, ведавший в КГБ преследованиями диссидентов, сообщает: " Рассказывают о таком факте. Еще в его [Брежнева] бытность секретарем обкома партии к нему пришли согласовывать вопрос об аресте какого-то человека за распространение антисоветских анекдотов. Брежнев потребовал выяснить, что это были за анекдоты и каким образом «антисоветчик» распространял их. Оказалось, один анекдот он рассказал в очереди за молоком, а второй — во время скандала в булочной, где продавали несвежий хлеб. - Арестовывать его не за что, — объявил Брежнев, — бороться надо не с теми, кто рассказывает анекдоты, а с теми, кто поставляет несвежий хлеб и создает очереди за молоком!"

Известно, что Никсону Брежнев тоже рассказывал подобные анекдоты; в мемуарах Никсона, кстати, всплывает знаменитая байка о том, как-де мать Брежнева посмотрела его дачу и сказала: "Отлично все, только, Лёнь, ты не боишься, что опять большевики придут?" Достаточно вероятно, что Никсону этот анекдот сам Брежнев и изложил. Всего интереснее, что мать и отец Брежнева действительно были антибольшевистски настроены: известно, что они были (и до смерти оставались) очень верующими людьми, и когда Брежнев в юности вел в деревне безбожную пропаганду (М. Тимощенко откопал в архивах в выступлении Брежнева воспоминание: «Вот я в 1923 году работал на селе. С чего мы начинали? Работало нас двое: я и Ваня Брежнев. Мы достали две брошюры. Одна – «Существует ли Бог» и другая про деву Марию. И мы доказывали, что Бога нет… тарарам был на селе. Пришли домой, родители были религиозные. Спрашивают, что ты там проповедовал, богохульник? А мы не боялись и работали. А всего нас было четыре человека на все село комсомольцев»; да и не только на деревне он ее вел - он младшего брата Якова настойчиво и успешно отучил от веры; к сожалению, никак не разыщу в своем архиве, где именно об этом написано), у родителей с ним из-за этого были сильные столкновения. Но люди таких убеждений никак не могли хорошо относиться к воинствующе безбожной и подвергшей церковь репрессиям большевистской власти. По рассказу Байгушева - впрочем, достаточно часто завирающегося, но тут, похоже, достоверного - мать Брежнева и на старости лет, в том числе в разговорах с сыном, именовала правящих коммунистов "погаными" и говорила: "сколько ж ты будешь среди этих поганых мучиться". (NB. В юности Брежнев был антицерковником и воинствующим атеистом, в старости в разговоре с Картером употребил фразу "Бог нам не простит, если мы потерпим неудачу [с продолжением политики разрядки и разоружения]" и ценил некоторые элементы традиционных обрядов просто как часть русских национальных обычаев [ел кусочек пасхи и яйца на Пасху, был кумом Щелокова на крещении его сына, послал как-то брата поставить свечки за родителей; согласно легенде, как-то перекрестился, пояснив окружающим - "народный обычай" а вот история, аналогичная по духу реплике в адрес Картера - жена его вспоминала, что еще при Хрущеве Брежнев хотел реставрировать Преображенский собор в Днепропетровске /что и осуществил по приходе к власти/: "Его Хрущев спрашивал: зачем тебе это надо? А Леонид Ильич отвечал: грехи замаливать. Так они чуть не подрались из-за этого"], хотя оставался вполне неверующим, не разделяющим никакой религиозной доктрины, - что лишний раз видно из свидетельства его дочери Галины, которая сама в церковь как раз ходила: "Папа с церковью никогда не боролся. Мама молилась, и он ее никогда не осуждал" - из самого построения фразы ясно, что сам Брежнев к религии так и относился отстраненно и веры своей жены не разделял. По отношению к верующим, церкви и сектам он считал необходимым сделать большие смягчения сравнительно со временами Сталина и Хрущева - и сделал - но его отношение к религии как доктрине тут ни при чем). Известно также, что мать Брежнева в самом деле считала и ту невеликую роскошь, с которой жил ее сын как генсек, чрезмерной и стеснялась ее. Так что анекдот про мать Брежнева, дачу и большевиков отвечает реальному отношению его матери и к даче, и к большевикам, и к разговорам с сыном.


Tags: безбожие, красная чума, последствия тоталитаризма
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments